
Теперь я хотел бы поделиться с вами своим личным опытом, как Бог провел меня через пятикратное служение и как я получил представление и опыт в каждом из этих пятикратных служений.
Давайте начнем со служения евангелиста или благовестника. Благовестие – это то, чем должен заниматься каждый христианин. Вы знали об этом? Что сказал Иисус, когда Он дал великое поручение перед тем, как вознесся на Небеса?
Это – великое поручение, и оно дано каждому верующему. Каждый христианин призван быть евангелистом! Поэтому, «если вы – дитя Божье, если вы рождены свыше, вы должны благовествовать. Вы должны рассказывать всем, кого вы знаете, о Христе. Вы должны идти и спасать погибающих!»
Я вырос, слыша об этом, потому что самый первый пастор, которого я помню, был евангелистом. Пока я рос, мне промывали мозги и вдалбливали в голову, что если вы не занимаетесь постоянно благовестием, то вы – второсортные христиане.
«Как у Божьего дитя, у вас есть ответственность идти и спасать погибающих, идти и говорить другим людям о Христе. Ваша обязанность заключается в том, чтобы проповедовать Евангелие каждому человеку, с которым вы встречаетесь – на работе, в школе, куда бы вы ни пошли, даже если вы пошли в магазин. Куда бы вы ни шли, с кем бы вы ни встретились, вы должны свидетельствовать им. Вы должны говорить им о Господе. Вы должны привести их к Господу».
Когда вы становитесь христианином, вы, как предполагается, должны потерять всех своих друзей. Я хорошо помню, как один человек делился свидетельством о том, как он уверовал в Христа как в своего Господа и Спасителя. Пастор спросил его: «Ты потерял некоторых друзей с того момента, как стал христианином? Ведь это – верный признак того, что твое спасение было подлинным».
В этом и заключается суть благовестия. Это чудесно и это необходимо, и нам действительно было дано великое поручение. Да, мы должны идти в мир и проповедовать Евангелие всему творению, а также быть свидетелями нашего спасения во Христе. Но меня заставляли заниматься благовестием до тех пор, пока меня от него не затошнило!
Когда я был маленьким ребенком, я был не уверен в себе, боялся людей, мне было тяжело находить с другими людьми общий язык, но я все равно рассказывал другим людям о Господе. Меня отвергали за это, ненавидели и смеялись надо мной. Но внутри меня была движущая сила, которая говорила: «Ты должен свидетельствовать! Ты должен свидетельствовать! Если ты – христианин, ты должен свидетельствовать!» Благовестие было у меня в крови.
По мере того, как я возрастал в Господе и обрел переживание в сфере Духа, Бог начал поднимать внутри меня новые вещи. Да, у меня была возможность приводить людей к Господу, и у меня была возможность свидетельствовать. На самом деле я не знал, как приводить их к Господу, пока я не начал на деле переживать Евангелие в своей жизни, хотя я вырос христианином.
Когда я вырос и исполнился Святым Духом, получив помазание Духа Божьего, я впервые ощутил призыв Божьей в своей жизни. Я не знал точно, к чему я был призван, помимо того, что я видел себя проповедником. Я видел, что возлагаю руки на больных, и они исцеляются. Я видел, что Бог могущественно использует меня. И, конечно, пойти в служение означало стать пастором, потому что так было принято. Если вы шли в служение, вы становились пастором. Все становились пасторами. Поэтому я хотел стать пастором.
Самая первая церковь, в которой я действительно принимал активное участие, когда Бог побудил меня оставить церковь, в которой я вырос, была церковью, которая горела для Господа. Пастор был Божьим мужем, который проповедовал Слово под помазанием, и там происходили чудеса и знамения. Но вы ни за что не угадаете, какое у него было служение. Он был евангелистом! «Господь, неужели мне не удастся избежать евангелистов?»
Тем временем Бог начал вкладывать в меня желание молиться, ходатайствовать и двигаться в Духе, а также собирать молодежь для молитвы. Это было бременем, которое было у меня на сердце. Это горело во мне, и у христиан были проблемы. Я рос христианином всю свою жизнь, и у меня были проблемы. Во мне было это горячее желание.
Но Бог пока не позволял мне стать пастором. Я еще не закончил с благовестием. И я стал ненавидеть благовестие! Мне печально говорить о том, что я стал ненавидеть его. Почему? Потому что самое первое мероприятие, на которое мне пришлось пойти, имея в своей жизни призыв Божий и желая заниматься тем, к чему Он меня призвал, было уличным благовестием. «Мы выходим в субботу утром. Мы возьмем пачку брошюр. Мы будем ходить по улицам и раздавать брошюры, свидетельствовать людям и приводить их к Господу!»
Я хотел остаться в церкви и молиться за тех, кто пойдет, чтобы Бог помазал их, вел их, чтобы Дух Божий приносил обличением тем, с кем они будут говорить. Но как только я предложил это, все уставились на меня, словно хотели сказать: «Что? Ты не готов идти и спасать погибающих? Какой ты тогда христианин? Ты говоришь, что призван Богом, но ты даже не готов идти и спасать погибающих. Ведь Иисус сказал „Идите“, а не „Сидите и молитесь“».
У меня не было выбора. Я должен был пойти с группой. Мне пришлось идти на улицу и обращаться к людям. Я был неуверенным в себе всю жизнь. Мне нелегко давалось общение с людьми. Мне было трудно находить друзей, не говоря уже о том, чтобы выходить на улицу и разговаривать с незнакомцами, узнавая, спасены ли они и рождены ли они свыше, чтобы привести их к Господу.
Я мог это делать. У меня было знание Слова. У меня было достаточно знаний, чтобы делать это, но я не хотел это делать! Но Бог хотел, чтобы я занимался этим не потому, что Он призвал меня быть евангелистом, а потому, что Он призвал меня занимать более высокий пост, и это включало в себя и благовестие. Он хотел, чтобы я точно понимал, как действует евангелист.
Бог очень удивился, в тот день, когда я вышел на улицу. Я ходил по улице и смотрел на всех этих людей, и мне хотелось убежать оттуда. Я ходил с брошюрами и пытался вручить их нескольким людям, но они смотрели на меня, как на больного. Мне не хотелось делать это снова. Я не хотел больше ни с кем говорить. Но все подходили к людям своей расы, а тогда в той стране было больше темнокожих людей, чем белых. Но никто не хотел служить темнокожим людям. Ведь «наша церковь наполнена белыми людьми, и мы хотим идти и спасать белых людей, приводя их к Господу».
Вы знаете, что я сделал? Я подошел к человеку, который не смотрел на меня свысока и который был готов меня слушать. Я нашел темнокожего мужчину и начал говорить с ним о Боге! И знаете что? Он не отверг меня. Он не стал задирать передо мной свой нос. Он не смотрел на меня свысока, будто говоря мне: «Что ты пытаешься мне доказать?» Я думаю, что он был просто поражен, что белый человек подошел к нему, чтобы поговорить с ним, и проявил к нему интерес.
Я начал делиться с ним о Господе, и его сердце широко раскрылось. Сошло Божье помазание, и я рассказал ему Евангелие и привел его к Господу прямо там на улице. Вот это да! Это была такая огромная радость и я испытывал удивительное ощущение, что привел кого-то к Господу. Я был очень счастлив.
После того, как мы вернулись оттуда, мы начали делиться друг с другом, каким людям мы свидетельствовали, и я рассказал всем, что привел к Господу темнокожего человека. Они посмотрели на меня, словно хотели сказать: «И это все? Разве ты не знаешь этих темнокожих? Они не очень хорошо образованы. Они поверят всему, что ты им скажешь. Не думай, что он действительно принял решение и посвятил свою жизнь Господу. Он просто сказал тебе да, чтобы порадовать тебя, вот и все. Может быть, со временем ты наберешься смелости, чтобы свидетельствовать белым людям».
Вот так они отнеслись ко мне. Но знаете, у меня был огонь. У меня в сердце было бремя. Я знал, что произошло что-то настоящее. И самое интересное, что каждый раз, когда мы выходили благовествовать, мне попадались темнокожие люди. И однажды Бог открыл для меня возможность, когда церковь собралась устроить евангелизацию. Мы сидели в грузовике с гитарой и усилителем, который работал от батареек. Я играл на гитаре, и мы пели. Где? В том районе города, где жили все темнокожие.
Мы сидели в грузовике и пели, а они собрались вокруг нас и стали слушать. После того, как мы спели пару песен, мы спрыгнули с грузовика и начали общаться с ними. Я чувствовал себя как дома! Я помню, как стояли там и я начал говорить о Господе с одним человеком. И когда я начал говорить с ним, кто-то еще подошел и присоединился к нам, и я разговаривал с ними обоими. И когда я начал делиться с ними Евангелием, их сердца начали открываться, и к нам присоединился еще один человек. В конце концов, вокруг нас стоял целый круг людей – три или четыре человека. Когда я закончил делиться с ними Евангелием, я спросил: «Вы хотите принять Иисуса как своего Спасителя?», и они все сказали: «Да».
Я все еще помню, как один человек стоял там и снял со своей головы кепку, держа ее в руках, когда он в почтении склонился перед Господом. Они помолились молитвой грешника прямо там в толпе, пока мимо нас проходили люди, и я привел всех трех или четырех человек к Господу за один раз! Это было удивительное переживание, и я понял, что на мне было помазание евангелиста, и я могу приводить людей к Господу. Но мне долгое время промывали мозги и заставляли меня делать это против моей воли, и поэтому у меня внутри был бунт против этого служения. Но Господь хотел, чтобы я научился. Он хотел обучить меня.
Через много лет когда я, наконец, оказался в полновременном служении, Господь дал мне возможность работать с человеком, который был истинным пастырем, а также евангелистом. Я увидел человека, который действительно умел спасать заблудших, и у него была любовь к погибающим и настоящее желание благовествовать, не навязывая это всем остальным. Он не внушал мне чувство вины, говоря: «Ты должен свидетельствовать!» Он просто шел и занимался своей работой, и он был для меня наставником, который позволял мне наблюдать за тем, как он занимается этим.
Какой это был человек! Где бы он ни встречался с людьми, он умел приводить их к Господу. Он шел и посещал людей, и они давали ему имена. Они давали ему листок бумаги, на котором было написано чье-нибудь имя, и говорили: «Это имя моего двоюродного брата, и ему очень нужен Господь. Вот его номер телефона. Пожалуйста, позвоните ему».
Он брал этот листок и звонил совершенно незнакомому человеку, чтобы сказать: «Такой-то ваш родственник попросил меня позвонить вам и поговорить». И затем он приводил его к Господу. Я никогда не был на его служении, на котором бы не обращались к Господу хотя бы два человека. Не было ни одного такого служения! Я увидел, как действует настоящий дар евангелиста. Раньше я смотрел на это с точки зрения обязанности и давления, но потом я увидел проявление настоящего служения евангелиста.
У меня была возможность получить представление о служении благовестия, чтобы я мог понимать, в чем оно заключается; чтобы я мог познакомиться с ним и действовать в нем. И я помню самую первую церковь, в которой я был пастором. Я взял то, чему я научился и использовал это. И каждый раз, когда я проповедовал в воскресенье вечером, я не упускал возможность дать призыв к покаянию для тех, кто не знал Господа. И не было ни одного служения в воскресенье вечером, на котором бы хотя бы один неверующий не откликнулся на призыв принять спасение, когда я приглашал их выйти вперед и помолиться.
В той местности было много молодежи, которая училась в школе-интернате, и они были там только в течение учебного года. Мы приглашали их приходить на наши служения. И многие из этих молодых людей отдали свои сердца Господу на этих собраниях, приняли крещение и исполнились Духом. Бог дал мне возможность служить евангелистом.
У меня не было особого интереса к благовестию. В то время я думал, что был учителем, и я буду вам еще об этом рассказывать в следующих главах. Но я понял, что я могу благовествовать, и я знал, что если я буду делиться Евангелием и доверять Богу, то Он прикоснется к сердцам людей, Он обязательно это сделает. Где я этому научился? Я научился этому у людей, с которыми я был вынужден служить, которым я сопротивлялся и просил Бога, чтобы Он не ставил меня в такие ситуации.
Но это происходило, потому что Бог призвал меня к чему-то большему, а я еще не знал об этом в то время. Слово «апостол» никогда не приходило мне на ум в то время. Ведь если вы собирались идти в служение, то становились пастором. Кто такой апостол? Больше их не существует. Есть еретики, живущие за границей и утверждающие, что они – апостолы. Бог готовил меня к этому уже в то время.